Слишком много животных самостоятельно кормились вдоль ручья в ожидании своих седоков, которые день и ночь пьянствовали до тех пор, пока у них не кончались деньги или не отказывали желудки.

– Может быть, Эб ехал на одном из этих мулов, – раздумчиво проговорил Кейс. – Может быть, я отсеку голову этой гадюке, и пусть остальные носятся, пока не издохнут сами.

Может быть…

Он сурово сжал губы.

Эб вполне мог лично надругаться над Тедом и Эми, прежде чем продал их племени команчи, а из его родни вряд ли кто-то шевельнул хоть пальцем, чтобы остановить его.

Кейс еще несколько минут взвешивал все «за» и «против» того, чтобы заехать в селение. И наконец принял решение.

Он вынул шестизарядный револьвер, провернул барабан, проверил его, сунул в кобуру и прикрепил его ремнем. Потом достал из кармана второй барабан, удостоверился, что тот полностью заряжен, и снова спрятал его.

«Хорошо бы иметь Хантера за спиной, когда я отправляюсь туда», – подумал Кейс.

Затем он подумал об Элиссе, которая любила Хантера так, как лишь немногие женщины умеют любить.

«Нет, Хантеру лучше остаться в Рубисе. Если я не вернусь, ни одна женщина не наденет по мне траура и ни один ребенок не останется голодным».

Он взобрался на Сверчка с присущей ему расчетливостью движений. Пока Кейс не оказывался рядом с другими мужчинами, его рост не бросался в глаза. Он просто производил впечатление спокойного в движениях человека, который на лошади чувствует себя естественно и свободно.

По обыкновению, Кейс осмотрел вражескую территорию еще раз, когда вплотную подъехал к селению. Он избрал тропку, которая описывала полукруг вокруг селения.

В общем-то он не ожидал, что здесь будет какая-то охрана или засада. Но с другой стороны, это его не удивило бы. Испанская Церковь не была местом для певчих мальчиков.